Людмила Евтушевская, психолог, арт-терапевт

Официально считается, что истоки арт-терапии, как направления, появились после Второй мировой войны в Великобритании и США. Тогда многие художники и музыканты ухаживали за раненными в госпиталях, и было отмечено - быстрее выздоравливают те, кто, помимо медикаментозного лечения, выражает пережитое на фронте через рисунки, даже абсолютно не умея рисовать. Таким же целебным действием, как оказалось, обладает и музыка (хотя, на мой взгляд, об этом воздействии догадывалась любая мама, напевая колыбельную малышу. Поэтому подчеркиваю – ОФИЦИАЛЬНО за истоки берут госпитали Штатов и Объединенного королевства.). Как бы то ни было, постепенно к рисованию добавились танцы, драматический подход и прочие направления. И, если на первых порах, творчество использовали как вспомогательное средство, то сегодня арт-терапия во многих случаях является ведущим инструментом, в том числе, располагает собственными средствами диагностики. Сейчас в Англии, США и некоторых других европейских странах арт-терапия зарегистрирована как отдельная специальность в государственном реестре. Получают ее после нескольких лет обучения в высшем учебном заведении, причем каждое направление – это отдельный диплом (и один клиент может быть окружен вниманием психотерапевта, танцевально-двигательного терапевта и еще с одним арт-терапевтом все это прорисовывать). Плюс - специалисты с различной базовой подготовкой, представляющие разные страны, используют отличные друг от друга подходы. Но всех объединяет убеждение, что основой терапии является само художественное творчество с использованием всевозможных изобразительных материалов. По словам английского арт-терапевта Вуда, «искусство обладает уникальной способностью исцелять психику и одновременно является средством передачи внутренних конфликтов».

Нужно ли такое разделение – и у арт-терапевтов, и у психологов свое видение. Но на мой взгляд, ситуация в России позволяет арт-терапии выйти на новый уровень именно благодаря отсутствию жестких рамок. Да, бесспорно, просто так арт-терапевтическими техниками даже психологам работать не следует. Подготовка нужна, как, впрочем, и при овладении любым другим методом. Надо очень четко осознавать, на каком глубинном уровне работает тот или иной вид арта. В частности, клиенту, пришедшему с запросом по легкой посттравматике после пережитого ДТП, работой в технике монотипии или юнгианской песочки можно «случайно» организовать и экзистенциальный кризис. И хотя просто так ничего не бывает, но ведь ВАС клиент об ЭТОМ не просил. Словом, «не навреди» и в арте актуально.

Но все же главное, на мой взгляд, что за всю историю человечества творчество уже зарекомендовало себя, как действенное средство изменения состояния. Ведь рисуя на скале успешный исход охоты, предки, с психологической точки зрения, работали со своими страхами перед дичью и могущественными силами природы. Сюда же можно отнести перевод шаманом болезни с несчастного члена племени на его куклу. И ведь «несчастный» выздоравливал и еще долго бегал за зверьем всем на радость. Ну а что будет, если ребенку в детстве красиво рассказывать народные сказки, известно каждому, кто знаком с биографией Пушкина.

Словом, возможности арт-терапии огромны! Она используется, как говорит мой преподаватель А.И. Копытин «для профилактики и коррекции личностных нарушений, физического и эмоционального здоровья, при работе с группами риска и просто для установления контакта, причем работает даже там, где вербализация бессильна. Например, с аутентичными детьми, с людьми, пережившими шоковую травму или с комбатантными (воевавшими в горячих точках) пациентами. Подразделяется арт-терапия на творческую экспрессию – активное творчество, создание некоего продукта (сюда: рисование, лепка, сочинение сказок, изготовление кукол, масок, вокальная и не совсем работа с голосом, игра на музыкальных инструментах и прочее); и на творческую импрессию – созерцание чужого творчества (прослушивание музыки, чтение и обсуждение сказок, коллажей, картин)». Вот такое емкое, хоть и научное определение председателя Российской арт-терапевтической ассоциации.

Работать в арт-терапевтическом подходе можно как в индивидуальном, так и в групповом режиме, по срокам также – на терапевта и клиента усмотрение.

Зачастую весь арт-терапевтический процесс связан только с созданием визуальных образов либо с совместной игрой клиента и терапевта посредством изобразительных материалов, в качестве которых могут выступать даже мусорные отходы. При этом, особенно с детьми, процесс анализа минимален, достаточно обмена впечатлениями. Терапевтичен сам акт творчества.

Тот факт, что в русле арта можно обойти сопротивление клиента и через «рыбок, зайчиков и чудовищ» работать с бессознательным, оставаясь в поле образов, также делает арт-терапию очень эффективным и по времени методом.

Теперь о самих техниках.
Песочница или песочная арт-терапия, лепка. Песок и глина – материалы, уникальные сами по себе. Нет человека, которого бы взаимодействие с ними оставило равнодушным. О песочке написано много книг, и это обоснованно – ведь у клиента появляется возможность не просто создания и взаимодействия с целым ОБЪЕМНЫМ миром, он может вносить туда любые изменения, преобразования, и, как следствие, переживать целую гамму чувств: наносить по нему удары, закапывать разные предметы, создавать и разрушать горы и пропасти. Все это позволяет усилить переживания, придать им особую глубину. Хотя, даже когда клиент просто погружает руки в песок и говорит о проживаемом состоянии наслаждения, это уже творчество, ведь человек только что САМ СЕБЕ СОЗДАЛ наслаждение.
Рисование. Рисование карандашами, пастелью и красками, руками и кисточками, конкретных сюжетов или эмоциональных состояний. Любое прорисовывание ситуации, позволяет, как минимум, обозначить ее границы, отделить ее от человека. Как иллюстрация, удивление одного клиента: «Пока я не нарисовал свой страх, мы были с ним одним целым, и я в нем задыхался, а ведь на деле он занял всего треть страницы, да еще в углу» (при этом настороженный и сжатый, как пружина человек на глазах превращался в удовлетворенную личность, которая развернула плечи и начала основательно обосновываться в кресле). Серьезно же можно добавить, что есть и механизмы, присущие отдельно каждой технике. В частности, при рисовании мандалы, активизируются функции центрирования, балансировки и контенирования (накопления) энергии, а при работе с внутренними помощниками клиент находит собственные мощные ресурсы.

И еще немного о техниках народного творчества. Может быть, они не столь распространены, как рисование, но, поверьте, очень терапевтичны по своей сути. Например, куклотерапия. Кукла родилась вместе с человеком. Древнейшие амулеты первобытных людей и идолы языческих эпох, по сути, тоже не что иное, как куклы. Созданные по образу и подобию человеческому, куклы нередко «оживляются», наделяются человеческими чертами характера, его эмоциями и, кажется, начинают жить своей собственной жизнью. Поэтому кукла, наверное, один из основных символов в жизни, несущий глубокий философский смысл. Во всех уголках планеты известны также обряды «сбрасывания» на куклу недугов, загадывание желаний, «программирование желаемого будущего». В России еще в 1917 – 1922 годах первые кукольники создавали методики по устранению заикания у детей, лечению и обучению детей, ограниченных в движении и даже с ДЦП. Кроме того, само изготовление куклы – это почти мистический процесс. Который, честное слово, - работает на всех уровнях жизни.

Это лишь самый общий обзор по арт-терапии. Но главное, что есть в арт-терапии – возможность создавать для себя безопасное пространство радости и свободы и нырять туда за подпиткой в любые минуты своей жизни. Словом, это то направление, которое лучше попробовать, чем писать о нем или читать.

Позитивный психолог-консультант (сертификат INTERNATIONAL ASSOCIATION OF POSITIVE DINAMIC PSYCHOTHERAPY (IAPDP), арт-терапевт, действительный член Российской арт-терапевтической ассоциации Людмила Евтушевская.